витрина мороженый

Пещерка Тролля. Литература. Дмитрий Бушуев. На кого похож арлекин. назад Дмитрий Бушуев НА КОГО ПОХОЖ АРЛЕКИН * * * ...Звонит телефон, но я, как витрина мороженый вчера, не поднимаю трубку -- пусть отвечает автоответчик. Пусть за все в моей жизни отвечает автоответчик, витрина мороженый я отвечу только за тебя, Денис. Денис, Денис, Денис. Имя давно превратилось в музыку. Представляешь, я до сих пор пишу тебе письма. Я пишу письма тебе, тебе, тебе, но ты никогда их не получишь. Длинные, звездные письма, как говорит Гелка. Наши созвездия сверкают морозными опалами витрина мороженый аметистами (октябрь витрина мороженый февраль: Либра витрина мороженый Аквариус), даже рояль Рафика покрылся инеем. Что осталось? Конфетные бумажки, программки канувших в Лету спектаклей, высохшие розы, кожаный жокейский хлыстик витрина мороженый сквозняки в комнатах. Еще кипа твоих школьных сочинений, но разве я смогу их перечитать? Умоляю, отвяжись, отстань от меня, слишком ясный фантом провинциального школьника с потертым портфелем: Дождь на улице? Дождь в моих письмах, дождь в моих дневниках витрина мороженый аллеях, но это дождь сквозь солнце -- настоящий теплый грибной дождь с радугой, с пузырями на лужах, с музыкой водосточных труб витрина мороженый подоконников. Ты помнишь эту радугу в парке, куда мы забрели после уроков? Классически просто: "Учитель витрина мороженый ученик. Прогулки по парку" -- так нестандартно можно озаглавить методическое пособие для восьмого класса по курсу русского языка. 8 - перевернутый знак бесконечности, поставленная с ног на голову твоя витрина мороженый моя жизнь, полная огня витрина мороженый трагических теней обитателей школьных коридоров. Итак, "Прогулки по парку. Введение." Так или иначе, школьники поначалу сталкиваются с сопротивлением учебного материала, вызванным новой терминологией -- удобнее всего сразу же завести словарь новых терминов, куда также можно вписывать правила витрина мороженый таблицы окончаний. Я немедленно заимел такой словарь витрина мороженый ворвался в твою четырнадцатую осень слишком шумно, сумасбродно, со свитой мифологических мальчишек, которые обезъянили витрина мороженый паясничали во всех зеркалах. О Боже! Все Антинои, Гавроши, Оливеры Твисты, Гекльберри Фины, Адонисы, Нарциссы, Себастьяны, юные барабанщики витрина мороженый озорные Домби мелькали на каждом углу, подмигивали из окна автобуса, облизывали лимонное мороженое, капая себе на короткие шорты, катались на скейтбордах около фонтанов, выписывая такие баллоны, которые не снились даже Нижинскому. Мальчишки виляли на велосипедах, кокетничали, мерялись своими столбиками в душевых витрина мороженый раздевалках: витрина мороженый я как-то бездарно проморгал свою весну, разменял, разбазарил юношеские порывы в погоне за своим воздушным змеем. Зато моими стихами можно заклеить все небо. Что было в тот день? Осень, которая покрыла меня легкой позолотой, золотая рыбка саксофона из школьного оркестра, что ныряла в полумраке сцены: Худосочный старшеклассник играл "Не плачь по мне, Аргентина" -- играл отрывисто, безнадежно бойко, витрина мороженый Аргентина по нему явно не сокрушалась. Потом акробатический дуэт одно-яйцевых близнецов, вечные румба витрина мороженый танго, какой-то молдавский танец (на приднестровских гробах?), гимнастический этюд, школьный хор: все срывали искренние аплодисменты, поскольку публика была своя, домашняя и, стало быть, без особых претензий. Дежурная программа, дежурные гвоздики, витрина мороженый с этого вечернего перформанса я могу подарить вам только одну удачную открытку памяти (о радость-ненаглядность, где же этот снимок, пожелтевший, мягкий витрина мороженый осенний, размытый в близорукости зрителя восьмого, опять восьмого, ряда? Снимок, для которого все рамки будут тесны, витрина мороженый комментарии тусклы:). Дождь сквозь солнечную листву витрина мороженый твой шепот, оставшийся в гудящей океанской раковине. Тебя не было в числе выступающих в тот школьный вечер, ты просто помогал освещать сцену, манипулируя пушкой театрального прожектора, оставаясь в тени. Как витрина мороженый ты, световой зайчик был резвым витрина мороженый рассеянным, потому что часто убегал со сцены в зрительный зал или на потолок, пытаясь ослепить меня или поджечь мой шерстяной свитер: Ты ослепил меня, солнечный зайчик из восьмого "Б". С каких высот пролился ливень золотистого света, смешанный с масляными пузырями фонарей, с мерцанием Либры витрина мороженый Аквариуса, между которыми миллионы лет? :И всего лишь восемь рядов зрительного зала! Так сумасшедший астроном не может оторваться от окуляров, безнадежно влюбленный в бездну витрина мороженый танцующие звезды, в наши лунные одинокие опалы витрина мороженый сумеречные аметисты, звенящие над крышей глупого мечтателя. Но что мне за дело до одержимого астронома и его космических призраков, если Денис уже возвратился домой и, надев бейсболку козырьком назад, убежал кататься на своих роликах: В тот вечер провинциальный учитель оставил характерный штрих в своем дневнике. * * * В школьные светлые коридоры меня занесло течением после окончания университета; я не то чтобы очень хотел пасти вертлявых головастиков, но был загипнотизирован настоятельными приглашениями директора этой школы Карена Самуиловича, который восторгался моими уроками в течение трехмесячной студенческой практики. Тогда же я писал свою вторую повесть и, соответственно, жил в другой, более заслуживающей внимания реальности, не тратя свои силы витрина мороженый эмоции на поиски какой-то особенной экзотической работы. Как Ион из китова чрева, я был извергнут в школьные джунгли, где сразу же столкнулся со своей Пиковой Дамой. Поначалу мне казалось, что Алиса Матвеевна невзлюбила меня за дух университетского либерализма, который я принес с собой в ее заповедник, но оказалось, что не только за это. Судя по ее дневнику, она знала, что я гомосексуалист, витрина мороженый готовила мне фейерверк в своем стиле. "Истинно говорю вам, если сами не будете как дети:" -- эти слова я повесил бы в каждой учительской. Пространство школьника мифологически осмыслено, замкнуто в чудесной игре витрина мороженый ревниво оберегается от вторжения какой-нибудь Алисы Матвеевны с гадюкой в руке, бледной тенью надзирателя Макаренко за спиной витрина мороженый нездоровым огоньком в глазах. Алиса сразу же почувствовала чуждый дух в своем гадюшнике и проницательно изучала меня, сверкая совиными полупустыми глазами в позолоченной оправе. Неприятие было взаимным, но она не спешила ставить мне палки в колеса, зная, что обласкан директором за свое новаторство и постмодернизм. В моей слишком легкой походке витрина мороженый даже в стиле одежды ей виделось отступление от канона, ее надпочечники выбрасывали критическую дозу адреналина, когда она смотрела на мои проклепанные полуковбойские ботинки, но более всего она охотилась за моим маскирующимся сексуальным двойником; она тут же придумала какой-то "Дружеский обмен опытом" витрина мороженый присутствовала на двух моих богослужениях в шестом классе. "Мы с вами литераторы, -- говорила Алиса, -- но прежде всего, мы педагоги, витрина мороженый как опытный учитель я советовала бы вам быть поскромнее:" Мне же хотелось запустить в надсмотрщицу своим португальским ботинком прямо на уроке. А сколько беглых моих конспектов прошло через цензуру старой фурии! Я нарочно писал их небрежно витрина мороженый неразборчиво, с понятными только мне витрина мороженый Богу сокращениями. Мне казалось, что даже мой организм стал вырабатывать противоядие с того момента, как ее дьявол почувствовал исходящий от меня серебряный холодок. Она учила меня наизусть, едва ли не подвергая фрейдистскому анализу каждую мою фразу. Впоследствии выяснилось, что Алиса делилась своими подозрениями по поводу моей сексуальной ориентации с коллегами, витрина мороженый та характеристика в ее дерьмовом дневнике давно уже была написана в моем небе огненными буквами. Но были побочные причины беспокойству заслуженной дуры -- Алиса Матвеевна дико возревновала меня к своим зайчатам. Несмотря на эмоциональную тупость, она не могла не видеть, что дети безумно любят меня витрина мороженый что моя скромная персона стала занимать слишком много места в их сознании. На это она реагировала по-своему: "Я считаю, что вы, Андрей Владимирович, подкупаете ребят запрещенными приемами, слишком заигрываете с ними, стучите своими подковами по паркету, приезжаете в школу на мотоцикле, да еще в кожаной куртке, точно вы восходящая рок-звезда, а не учитель. Поймите меня правильно, не обижайтесь, но со своим уставом в чужой монастырь не приходят. А если говорить по существу, то ваши свободные интерпретации учебного материала меня просто шокируют. Это что, плоды горбачевской перестройки или ваши субъективные переживания? -- она щурилась витрина мороженый поджимала морщинистые губы. -- Ну взять, к примеру, вчерашний урок по пушкинской "Капитанской дочке". Что это за двусмысленный намек, "Гринев влюбился в Пугачева"? Как истолкуют это шестиклассники? Вы заметили, какое странное замешательство вы произвели?.." Вообще-то, я сказал, что Пугачев влюбился в Гринева, но черт меня подтолкнул ляпнуть эту фразу! Я так увлекся, что совсем забыл о моралистке. Я на крючке. Пахнет крысами. Но она еще оценит твой беллетристический талант, Найтов, когда все тайное станет явным. Следует заметить, что на протяжении сотен лет дискриминаций витрина мороженый гонений сексуальные меньшинства выработали стойкий иммунитет к гомофобии. Господь бережно хранит свои создания, щедро награждая их талантами витрина мороженый мечтательностью. При лунном свете появляются эти цветы, которые в беспристрастном свете могут показаться бледными витрина мороженый слабыми, порой сорняками. Только ночные бабочки собирают тонкие яды, сладострастно вибрируя хоботками, только летучие мыши в расщелинах блаженно трепещут, почуяв наплывы обезоруживающего благоухания в осенних ветрах. Я прекрасно понимал, что из-за моей старухи над головой у меня стали собираться грозовые тучи, витрина мороженый в фантасмагорических снах я в два хода избавлялся от черной королевы: сбивая ее мотоциклом в сыром осеннем переулке, быстро догоняя ее на мосту витрина мороженый бросая в реку этот мешок педофилической литературы, приходя к ней вечером в китайской маске витрина мороженый пришпиливая ее к креслу ржавой шпагой, витрина мороженый потом набрасывая яркий некролог в областную газету: Но в реальности мне было по-своему жаль одинокую Алису Матвеевну, одергивающую старую серую юбку, чтобы загородить заштопанный чулок, близоруко пересчитывающую мелочь в школьной столовой. Ту бездетную Алису с детдомовским детством витрина мороженый коммунистическим воспитанием: Быть бы ей ночной няней в яслях или кассиршей в бане: Может быть, именно из чувства жалости я первым сделал шаг к взаимопониманию, пригласив Алису к себе в гости. Но улыбочка у меня вышла тошнотворной витрина мороженый кривой, когда я сбивчиво лепетал: ":Наши отношения мне видятся искренними и: хм: Вы мой куратор, в некотором роде, конечно: Почему бы нам не поговорить как-нибудь за чашкой чая: Ваш опыт: Завтра, после уроков, к примеру: Домой я вас провожу:" Я почему-то чувствовал себя мальчиком, спрятавшим дневник от родителей, витрина мороженый Алиса так сжимала классный журнал, что кончики ее пальцев побелели. Денис, я заботился не только о себе -- я предчувствовал нашу любовь витрина мороженый знал, что моя мимикрия с Алисой нужна какому-то далекому человечку, прыгнувшему на роликовой доске в мою жизнь. В ту пятницу я волновался как молодой актер перед премьерой, вернее, как провинциальный актеришка. Я раскрыл окно в классе витрина мороженый устроил сквозняк -- ветер разметал листы с моего стола по всему кабинету, витрина мороженый черт так подгадал, что в этот момент в класс вошла Алиса -- счет в ее пользу увеличился еще на пол-очка. Я безнадежно проигрывал эмоционально пред сушеной старой воблой. Все свои надежды я возлагал только за завтрашний спектакль. В тот день я не задержался в школе, как делал это обычно, чтобы поболтать с кем-нибудь из учеников после уроков, "по душам", но особенно не морализируя. Я выскочил из школы как ошпаренный, на ходу надевая шлем витрина мороженый застегивая летную куртку. Мой мотоцикл дрожал от волнения, витрина мороженый я прыгал на своей краснопузой саранчихе "Яве" по вечернему городу в поисках главного персонажа завтрашней премьеры. Мне была нужна рыжая Гелка для исполнения роли будущей спутницы моей жизни. С Гелкой я познакомился на одном студенческом поэтическом вечере, перешедшем в бездарную пьянку с ординарной дракой и стриптизом. Тогда, в винном настроении, я впервые признался моим однокурсникам, что я голубой (тогда такие признания еще не вошли в моду). Гелка завизжала от восторга и, помнится, прокомментировала: "Вот настоящий поэт, еще Мандельштам говорил, что лирический поэт -- существо двуполое". Против Мандельштама выступить никто не решился. Потом Гелка перевелась на наш факультет из ленинградского университета, витрина мороженый мы как-то особенно подружились -- доказательством этого служил тот факт, что рыжая доверяла мне читать свою тетрадь со стихами, витрина мороженый это было ее роковой тайной. Надо сказать, это осложняло нашу дружбу, потому что Гелка считала себя гениальной поэтессой, но стихи ее были слабыми витрина мороженый надуманными. В нашем вечернем городе было совсем не трудно вычислить мою анонимную алкоголичку. Средой ее погружения был полубогемный провинциальный микроэтнос -- дома она в такое время не сидит, а, наверное, уже гноит угол в артистической кафешке "Коломбина", где любят собираться непризнанные гении, романтические пьяницы, наркоманы витрина мороженый живописцы. Шел проливной дождь, витрина мороженый я завалился в этот хрупкий иллюзорный мирок в скрипящей коже витрина мороженый с мокрым шлемом в руках. От меня разило крепким табаком витрина мороженый бензином. Так витрина мороженый есть: сидит моя кошечка у камина, зализывает сердечные ранки витрина мороженый греет свою шкурку, потягивая -- судя по цвету -- коньячок или виски, разбавленные холеным жуликом-барменом. Рядом с ней обтирался прыщавый юноша с бульдожьим лицом, обращенным в розовые поэтические дали. Но, видимо, в этих далях ему ни одна звездочка не мерцала, витрина мороженый он набивал очередной джойнт алтайской травкой. Шелковый волнующий дымок плыл над асбестовыми абажурами, привлекая космических призраков, спектральных двойников витрина мороженый вампиров. Тени усопших плавали между столиками витрина мороженый колдовали над узкими бокалами, призраки детей играли с китайскими колокольчиками, напевали страшные песенки, причитали витрина мороженый показывали кривые зубки. Спившийся актер у окна никогда не сыграет свою звездную роль, прыщавый юноша не напишет текста своей жизни; у Гелки опадут рыжие локоны, витрина мороженый даже жулик-бармен не подозревает о маленькой, только что образовавшейся опухоли Пейсона в его левом легком. Гелка, увидев меня, как-то разволновалась витрина мороженый спрятала под стол свои лапки с облупившимся маникюром. Она явно скучала с бледным анашистом витрина мороженый подпольным дрочилой, поэтому схватилась за меня как за спасательный круг: -- Ой, Андрюшка, привет, ты все молодеешь: Поделись секретом молодости, витрина мороженый то, бля, скоро начнут падать листья: -- Привет, сестренка, -- ответил я, вешая на оленьи рога свой шлем, -- секрет прост: мой дедушка -- тибетский монах, он присылает мне цветные бутылки с чудесным эликсиром. Осталась последняя бутылка, но я берегу ее для тебя: Очень нужна твоя помощь. Покатились ко мне, а? -- А бутылка не мифическая? -- Гелка еще более оживилась. - В такой ливень хочется выпить по-настоящему, ведь персонаж за стойкой капает мне в рюмку как гомеопат: -- Погнали, одевайся! Мы оседлали саранчиху витрина мороженый на скорости слились с симфонией для скрипки, дождя витрина мороженый осеннего города. Поддатая всадница в высоких сапогах дышала спиртами витрина мороженый шоколадом витрина мороженый шептала пастернаковские строчки: "Не тот это город, витрина мороженый полночь не та, витрина мороженый ты заблудился, ее вестовой:" Гелка была иногда не чужда фривольных эскапад витрина мороженый спросила меня сквозь ветер: "Как поживают твои педерасты? Ты все еще трахаешься с Рафиком или нашел новую задницу?" В ответ я прибавил газу витрина мороженый опрометчиво налетел на трамвайные рельсы. Мы подпрыгнули. Гелка завизжала витрина мороженый вцепилась в мою кожаную куртку мертвой хваткой. Я крикнул всаднице: "Гелла, витрина мороженый не проехать ли нам сквозь витрину, все равно все потеряно, пушечное мы мясо перестройки!" Я представил, как загулявший байк разносит дисплей антикварного магазина, шарахаются в ужасе манекены, трещат кресла витрина мороженый пыльный скарб: Брызги крови на китайской ширме, немного дыма витрина мороженый пыли, струйка теплого бензина: А ночные всадники уже выжимают газ из небесного "Харлея" в созвездии Либра витрина мороженый мчат по млечному пути к Аквариусу тысячи, тысячи лет: Мои опалы. Мои аметисты: Я поехал окружной дорогой, чтобы насладиться скоростью витрина мороженый непогодой, витрина мороженый заодно немного проветрить спутницу. Ливень не прекращался. Я начинал всерьез думать о втором всемирном потопе витрина мороженый обнаружил, что воспринял бы это известие с некоторой радостью. Сны на вариации голокоста стали повторяться в странной последовательности, и вот совсем недавний. Припарковав мотоцикл на стоянке супермаркета "Сайнсборис", я взял тролли витрина мороженый решил запастись на всю неделю: авокадо, ананас, французский батон, минеральная вода, веллингтонский биф, бекон, пэшн-фрут, спагетти, цыпленок по-киевски, лазанья, копченая спинка лосося, вейл для шницелей, клубника, несколько банок консервированного супа, томатный сок, бутылка виски, пиво "Гиннес": Но когда уже покатил тележку к кассе, вдруг погас свет; за витриной мерцало пасмурное небо витрина мороженый как будто бы звук далекой-далекой трубы: Стало быстро темнеть. Случилась очень странная паника, потому что кассиры убежали, витрина мороженый люди стали опустошать прилавки, толкаясь во тьме: Я закричал в ужасе, что это конец света, но никто не слушал меня. Выбежав на улицу, я вдруг увидел своего опечаленного ангела-хранителя, который вымолвил: "Оставь человекоугодие. Подумай о своей душе". Меня обуял еще больший, просто животный ужас, но на дне сознания теплилась, как маленькая свеча, мысль: нет, надежда на спасение. Обнаружив, что я потерял ключи от мотоцикла, я подбежал к пожилому господину за рулем "БМВ" витрина мороженый стал его уговаривать срочно ехать в церковь, но он вышел из машины, протянул мне ключи зажигания витрина мороженый произнес: "Поезжайте один. Я уже приехал:" Черный "БМВ" стал вдруг белым, витрина мороженый я мчал по булыжным улочкам, витрина мороженый ангел летел впереди по огненной дорожке: Наконец-то я привез свою актрису к себе, в пещеру неисправимого мечтателя витрина мороженый затворника, в зону одиночества витрина мороженый звездного холода, где нас встречал единственный поверенный всех моих душевных тайн, мой египетский божок -- полусиамский кот Мур. Я любил его за вздорный нрав витрина мороженый гипертрофированную ревность. Мне было приятно, что всех моих друзей он высокомерно игнорировал в неподражаемом кошачьем стиле. Но со мной он был фантастически нежен -- мускулистый витрина мороженый поджарый, с загнутым хвостом, на который я иногда надевал масонский перстень. Мур надменно смотрел на дрожащую витрина мороженый вымокшую гостью, помахивая крысиным хвостом. Гелка сбросила сапоги, мягко прошла по ковру и провалилась в викторианское кресло. Я принес ей фен витрина мороженый полотенце, включил камин. Пока она листала журнал, я подогревал котлеты, приготовил салат и принялся сервировать стол. Мне нравится стелить с хрустом открахмаленную льняную скатерть, складывать салфетки витрина мороженый сверкать серебряными приборами; мне уже в детстве хотелось быть официантом или барменом на большом океанском лайнере (может быть, это память прошлой жизни, витрина мороженый тот, кто стал Андреем Найтовым, утонул в двенадцатом году на "Титанике"?). Я зажег мускусные палочки, поставил компакт единственной витрина мороженый неповторимой Джуди Гарланд, принес запотевшую, чистую как слеза бутылку "Столичной". Алкогольная эстафета моей собеседницы имела свои странности, витрина мороженый при виде бутылки Гелка поморщилась: "Сними этикетку или перелей в графин. Не могу больше смотреть на этикетки. Тошнит". Старинный зеленый графин сменил бутылку-лесбиянку, заигрывающую с рюмками. Графин грубо витрина мороженый по-мужски заполнял их до краев. Мы выпили за встречу во времени витрина мороженый пространстве, зазвенели вилками витрина мороженый ножами. Только сейчас я рассмотрел эту худенькую золушку со смарагдовым колечком, провинциальную поэтессу с газовыми синячками под глазами, охрипшую алкоголизированную птичку, показавшуюся мне фригидной витрина мороженый беззащитной. Гелка повеселела, отогрелась. Ожидаю. Пока она не впала в лирический транс витрина мороженый не начала читать стихи, я быстро изложил фабулу завтрашней комедии. Я начал осторожно: -- Гелла, ты знаешь, что я гомосексуалист витрина мороженый живу, можно сказать, вне закона? И теперь я на крючке у старой девы. -- Гелка поперхнулась витрина мороженый расхохоталась. Я продолжал: -- Конечно, это смешно, витрина мороженый мои проблемы, может быть, покажутся тебе слишком надуманными, но старая крыса в нашем гадюшнике, кажется, готовит мне фейерверк. Про меня много сплетен по городу гуляет, ты знаешь. Но я в последнее время очень осторожен -- после того как Александра посадили: Вот: Я хочу гетеросексуальный имидж в школе. Нет, я не о работе беспокоюсь, нет, просто не хочу скандала. Пожалуйста, побудь несколько часов в роли моей будущей жены -- я познакомлю тебя с Алисой Матвеевной: Гелка, конечно, согласилась немного поиграть, но попыталась взять за это странную цену, начав канючить: -- Андрей, ангел, витрина мороженый может быть, ты витрина мороженый вправду эту ночь со мной проведешь, а? Ну хотя бы одну ночь. Одну ночь, прошу! Вдруг у нас что-нибудь получится? Неужели ты совершенно равнодушен к бабам? Давай я вылечу тебя: Я раздраженно спросил: -- Ты этого искренне хочешь или решила заняться сексуальной благотворительностью? Гелка, заикаясь, почти призналась мне в любви: -- Ты мне нравишься, Андрюшка. Я люблю все твои мальчишеские повадки, твои блядские глаза: легкую походку: милую картавость и всю твою резвость, всех твоих арлекинов, за которыми прячется смерть. Да-да, смерть, я почему-то так чувствую. Ты весь какой-то ночной театрик смерти: Ты знаешь, я думала, что сегодня мы разобьемся вдребезги, витрина мороженый даже была готова к этому: -- Еще водки? Раскрасневшаяся Гелка заглатывала стопки витрина мороженый лихорадочно курила. Я открыл окно: ветер принес в мой бункер запах мокрых берез, теплого асфальта витрина мороженый сырой земли, опаловые капли на можжевеловом кусте, последние хризантемы на помятой клумбе. Декорации. На середине сцены, под фонарем, стояла еще горячая стреноженная "Ява", где-то далеко стонала сирена пожарной машины или "скорой помощи", или это вострубил последний ангел? Да-да, летит мой промокший ангел с полицейской мигалкой над осенним маленьким городом -- у ангела были твои глаза. Денис. Мне показалось, что в отсветах стекла мелькнула тень мальчика. Эй, мои ночные арлекины, садитесь на своих взыгравшихся дельфинов, мчитесь по облакам -- к нам, сюда, сюда скорей, на свет бумажной китайской лампы, на запах тлеющей розы, будет вам грустить в пещерах, где только лунные сталактиты витрина мороженый искалеченные рояли бредят марсовой инфлюэнцей, где отроки на гигантских стрекозах играют на тростниковых флейтах: Взгляните, как тепла витрина мороженый благодатна русская осень, как темны витрина мороженый сочны наши рощи, сады витрина мороженый парки, как свежи наши плоды! Взгляните, как мы одиноки витрина мороженый заброшены: дети не рождаются, витрина мороженый в светильниках умаляется масло: Гелка основательно напилась витрина мороженый таяла как мороженое. Она превращается в похотливую пьяную бабу с немотивированными желаниями. Блудница после золотой критической дозы начинает плодить чертей, витрина мороженый ее рыжие гаденыши уже скачут по моей комнате, путаются под ногами, трубят в пионерские горны: "Взвейтесь кострами, синие ночи:" Гелка лежит на диване, запрокинув голову, расставляет ноги в стороны витрина мороженый хрипит: "Давай я заточу твой карандаш, Педрила Македонский! Выеби меня: Выеби!.. Оплодотвори мою пустыню, голубой ангел: я парень, я парень, я голубица:" Она смешно морщила лоб витрина мороженый была похожа на маленькую вспотевшую обезьянку, которую я видел в мюнхенском зоомагазине -- тот зверек схватил меня влажной ладошкой за шелковый галстук витрина мороженый не хотел его отпускать, пока в наше единоборство не вмешался ассистент. От моего нового галстука стало разить мочой витрина мороженый апельсинами, витрина мороженый я выбросил его на улице: Между тем моя будущая "жена" дошла до таких художественных высот, что разорвала на себе паутину колготок, сбросила юбку витрина мороженый расстегнула блузу, обнажив бледные, почти детские груди с воспаленными сосками. Зрелища ужаснее я еще не видел, даже наэлектризованный Мур выбежал из гостиной. Гелка неистовствовала -- рыжая, раскрасневшаяся, сущая библейская блудница, мать всех мерзостей земных. Я решил не упускать момента витрина мороженый сделал несколько снимков в свой провокационный альбом. Скотина Найтов. Грозовые вспышки "Минольты" немного отрезвили стриптизерку. Она даже пыталась позировать, но была полужидкой, окончательно растаявшей медузой. Через несколько минут она с удовлетворением блевала в ванной, мочила волосы витрина мороженый дрожала слабеньким телом. Блевала кислятиной жизни, чернобыльским мясом, суррогатными спиртами, нитратами витрина мороженый пестицидами, противозачаточными таблетками -- блевала щедро, от глубины души. Тошнит! Блевать от сучьей жизни, блевать на мифические законы витрина мороженый деревянные деньги, верни им их же гадость, мерзость витрина мороженый мертвечину, чистая грешница, летаргический ангел бездарной страны: Гелка вышла из ванной мокрая витрина мороженый бледная, синева под глазами просвечивала еще больше, тушь потекла. Гелка прохрипела: "Тошнит, Андрюшка, опять икру метала". * * * Богодухновенное твое пробуждение, возвращение из ночных вольных странствий -- скорей, скорей, сквозь молочное утро, протри запотевшее окно: мальчик спит, вот-вот проснется. Призраки давно покинули комнату, солнечные шары взрываются в зеркалах, начинается кухонная какофония: свистящий чайник, перемеливающиеся кофейные зерна, звон чашек и ложек, жирное шипение яичницы с беконом. Денис по-воровски быстро прошмыгнул в ванную, потому что его член был еще в напряжении, как это часто бывает у подростков при утреннем пробуждении. В ванной он поиграл своим хозяйством, встал под горячий душ, намылил голову ромашковым шампунем. Мать постучала в дверь: "Чистюля, в школу не опоздай. Я на работу. Завтрак на столе:" Денис смотрел на зыбкое отражение в запотевшем зеркале -- и там, за амальгамой стекла, тысячи радужных лососей брачно играли в мраморных каналах, юноши в туниках бежали по площади, вздрагивали пинии в теплых ветрах, витрина мороженый смуглая девочка в повязке продавала виноград из корзины. Мышцы перекатывались в падающих тяжелых каплях. Пахнуло морской зеленью, загудели раковины, жемчуг покатился по каменному полу, витрина мороженый Денис чувствовал, как всполохи золотого витрина мороженый синего огня окружают его тело. Он глубоко вдохнул эту свежесть витрина мороженый увидел, как грубые паруса напряглись в потоках мощного ветра. Над палубой кружили чайки, негры стучали в барабаны, арапчонок танцевал на травяном ковре, подпрыгивая витрина мороженый сверкая пятками. Два лиловых негра внесли на скрещенных руках старика с иссохшими ногами витрина мороженый посадили его в плетеное кресло. На деревянной скамье у борта бритоголовый мужчина растирал юношу укропным маслом. Голый Денис прошлепал на кухню, оставляя мокрые следы на линолеуме (присутствующий призрак Андрея Владимировича не очень удивился бы, если бы его ученик вышел из ванной в ластах витрина мороженый маске, с морской звездой в руке витрина мороженый с тиной на выгоревшей челке). Нарцисс возвратился в комнату, обклеенную журнальными плакатами, надел зеленые слипы с вышитым сбоку оранжевым крокодильчиком витрина мороженый посмотрелся в зеркало -- юношеский бугорок смотрелся очень аппетитно. Школьные брюки были немного узки, но они подчеркивали выделяющиеся ягодицы. Денис быстро оделся витрина мороженый с потертым кожаным портфелем резво выскочил на шуршащую осеннюю улицу, поздоровался с местным придурковатым почтальоном, купил жвачку в ларьке витрина мороженый запрыгнул в звенящий трамвай: Даже с неглубокого похмелья мне всегда было страшно браться за руль, витрина мороженый в этот судьбоносный день я решил не мучить саранчиху. Мертвенно бледная Гелка все еще изволила почивать, витрина мороженый я оставил ей записку: "Доброе утро, котенок! Надеюсь, выучила роль. Будь готова как пионерка. Любящий муж". Утренняя сигарета показалась тошнотворной. В легком похмельном страхе я боялся перейти через дорогу, шарахался от прохожих, витрина мороженый несколько остановок в битком набитом троллейбусе показались вечными. Лица сограждан -- тусклые витрина мороженый скучные, слишком скучные. Люди перестали улыбаться. Экспериментальные граждане экспериментальной страны говорили об очередном повышении цен, замораживании банковских счетов и еще о каком-то замораживании: О, положите побольше льда в мой портфель, приложите снег к горячему лбу, к моим раскрасневшимся от стыда щекам. От стыда за ту старуху с дрожащими руками, у которой дома нечего украсть, кроме трудовых грамот. Стыдно за державу, за измотанных женщин витрина мороженый не по возрасту серьезных детей: Доколе, Господи? Не хочу витрина мороженый не могу смотреть на это. Денис, я увезу тебя отсюда, увезу на своей разболтанной "Яве" к нашим созвездиям, к нашим опалам, хочу спасти тебя от еще больших извращенцев: Красная рожа с кокардой склоняется над моей взмыленной постелью: "Пиздец тебе, петух гамбургский! Устроим тебе красную свадьбу". Как обложку новой захватывающей книги я раскрыл сегодня прозрачную школьную дверь витрина мороженый превратился в скромного рассеянного учителя. Тот мальчик, освещавший сцену на школьном вечере, прошел мимо меня по коридору: Потертый портфель. Выгоревшая челка. Белые носки. Старенькие кеды. Я мысленно приказал ему оглянуться -- Денис обернулся! О мои выдающие привычки, моторное подсознание -- я подмигнул ему! Мальчишка как-то замешкался витрина мороженый улыбнулся. Представляю себе свое пидористическое подмигивание -- тут витрина мороженый кошке было бы понятно, что парень что-то слишком загадочный. Я почувствовал, что начинаю краснеть, быстро прошел в учительскую, взял вспотевшими руками классный журнал витрина мороженый мысленно воспроизвел мизансцену: Голубое отродье, веселый мой бесенок, доколе будешь искушать меня? Алиса была сегодня в веселом траурном платье, благоухавшем нафталином витрина мороженый духами "Красная Москва", тяжелая металлическая брошь с кельтским орнаментом смыкала необъятные груди. Я представил сову раздетой витрина мороженый едва сдержал смех -- вот идет она грузная, прихрамывающая, в розовых панталонах по школьному коридору, сверкает очками. Глядя на нее, я иногда вспоминал глупую старуху Крупскую в пионерском галстуке и с ворохом, как она выражалась, "ребячьих" писем. Но я низко кланяюсь ленинской супруге за один только параграф в "Правилах поведения пионеров" двадцатых годов: ":Пионер всегда готов. Пионеры не держат руки в карманах, потому что держащий руки в карманах не всегда готов". Я долго размышлял над этим маразматическим пассажем витрина мороженый нашел его весьма интересным с точки зрения людей моего типа. Уроки пролетели быстро, расплавились в горячем металле школьных звонков. Дети разбежались солнечными зайчиками. Интересно, какой штрих в их судьбе оставит этот странный учитель? Да витрина мороженый имею ли я право пасти этих ушастиков со своим разрушенным восприятием, выгребной ямой жуткого подсознания? Надо ли говорить, что я не представитель чистого разума Вселенной витрина мороженый закатился в школьный зверинец слепым бильярдным шаром? В коллективе я чувствовал свое "эго" экзотическим вирусом с разрушительной программой, витрина мороженый каждое скрижальное изречение Андрея Найтова приправлено тонкими ядами адских лабораторий. Призрак дикого мальчика шел за мной по пятам, витрина мороженый ангел-хранитель возревновал к нему. Не идолам ли служу? Не иду ли в огонь? Жарко. Сову я выловил в гардеробе. Она сделала вид, что уже собирается уходить, витрина мороженый стала путаться со своим каракулевым пальто. Я подскочил как ловкий швейцар витрина мороженый помог ей облачиться. Шли мы медленно, в суровом молчании. Я вспотел от внутреннего напряжения, точно тащил на буксире крейсер с пробоиной. Рыжий чертенок шептал мне в ухо: "И не стыдно вам, Андрей Владимирович, разыгрывать пожилых женщин?.." "Подождите, я устала, у меня венозные ноги, давайте присядем в сквере," -- взмолилась Алиса таким растерянным голосом, точно убийца вел ее в западню витрина мороженый жертва пыталась протянуть время. Я стряхнул со скамейки сухие листья. Сова тяжело отдышалась витрина мороженый положила под язык таблетку валидола: "Сейчас переведу дыхание. Голова кружится. Этот восьмой класс, знаете ли: И сердце сегодня схватило". Я взглянул на часы витрина мороженый понял, что Гелка давно уже бесится, если только, не дай Бог, не проверила содержимое холодильника витрина мороженый не нашла эстафетную бутылку: Кое-как, на третьей скорости мы доплелись до бункера, выйдя живыми из троллейбусной давки. Волнуясь, я позвонил в дверь. Рыжая актриса долго не открывала, я нервно искал в карманах куртки ключи, Алиса заметно недоумевала витрина мороженый осторожно спросила: "Разве вы живете не один, Андрей?" Тут я торжественно приклеил ей на лоб свой фальшивый козырь: "Сейчас я познакомлю вас со своей будущей женой! У меня фантастическая жена!" На лице Алисы читалось крайнее удивление витрина мороженый любопытство. Она поправила очки витрина мороженый приосанилась. Вдруг щелкнули замки, зазвенела цепочка витрина мороженый показалась испуганная мордочка рыжей хулиганки: "Привет!" В гостиной еще витал провокационный дух вчерашних возлияний, но, слава Богу, Гелка догадалась убрать со стола (представляю, скольких сил ей это стоило). Только когда мы расселись в молчании в разных углах комнаты, я понял всю абсурдность витрина мороженый фальшь ситуации -- сошлись на моей территории трое по-своему несчастных, скорее всего, психически нездоровых людей, да витрина мороженый к тому же экстремально одиноких. Кому, что нужно было доказывать? К чему все это? Гелка пыталась разрядить молчание, поджала накрашенные губки витрина мороженый кротко, как овечка, спросила: -- Ну как прошел сегодня день, дорогой? У меня волосы встали дыбом от такого выпада, но я равнодушно ответил: -- Ну как тебе сказать? Новая тема, конечно, очень трудная, деепричастия для шестиклассников сложная тема. Но я: люблю детей. Ты знаешь, как я люблю детей: -- И я люблю детей! -- радостно заявила Гелка. -- Кстати, забыла тебе сказать: У нас будет ребенок! Славно, правда? Меня прошиб холодный пот. Я понял, что рыжая дура поддала витрина мороженый нарочно издевается. Сова моргала витрина мороженый не могла понять -- то ли ее разыгрывают, то ли она попала в общество двух полных витрина мороженый законченных идиотов. У меня запрыгало сердце, витрина мороженый Гелка продолжала: -- Ты кого хочешь, мальчика или девочку? Или, хи-хи-хи, пингвинчика или чебурашку? А? Мне ничего не оставалось делать как отвечать на дурацкие вопросы. Я старался сдержать дрожь в голосе: -- Конечно, девочку. Зачем нам в доме мальчишки? -- сказал я сквозь зубы витрина мороженый понял, что сморозил глупость. Гелка расхохоталась: -- Ой, какие мы агрессивные! А я рожу тебе, Андрюшка, богатыря! Кстати, может быть, чаю выпить? Бабушка любит чай? А? Сова побледнела витрина мороженый сурово отрезала: -- Я не бабушка. Я заслуженная учительницы России. Гелка сделала вид, что не расслышала этой фразы, и стала вести себя еще более отстегнуто: -- Да что уж этот мутный чай пить? Пусть пьют его китайцы, да? Давайте-ка хлопнем чего-нибудь покрепче, а? Выпьемте, добрая старушка: Я недооценил степень опьянения Гелки. Моя рыжая была решительно пьяна, пьяна в жопу. Это был полный провал. Гелка убежала на кухню витрина мороженый вернулась с бомбой армянского коньяка: -- Что ты так смотришь на меня, Андрюша, блядь? Что, опять я не права? Что, я не могу выпить по-настоящему? Это занятие мне искренне нравится. Единственно достойное занятие в эпоху всеобщего национального невроза. Я опять не права, да? Выпей со мной, дурак, лучше будет! И бабушка выпьет с нами рюмочку, правда? К моему глубокому удивлению, Алиса как будто получала удовольствие от мерзкого фарса: она смотрела на меня с видом победительницы, точно говорила: "Я всегда знала, что вы клоун. Посмотрим, что будет дальше, сударь:" Она изобразила улыбку витрина мороженый менторским тоном обратилась к рыжей: -- Почему бы витрина мороженый не выпить рюмочку в хорошей компании, милочка: Но как же ваш будущий ребенок? В ответ Гелка оседлала своего черта: -- А я хочу родить дебила, кретина, гермафродита, продолжая традиции русского генофонда. По крайней мере, он будет счастлив в стране дураков! Маленькие ласковые дауны, ручные плюшевые зверьки, детоньки мои! Не выскабливайте зародышей, непутевые мамаши, достойному правительству оставьте на попечение своих достойных детишек: Бр-р-р: Я ничего не мог поделать, это говорило вино. Вино, столь долго молчавшее в тесных дубовых бочках витрина мороженый наконец выпущенное на свободу. Солнечный дикий виноград был вплетен в рыжие волосы дьяволицы, и Гелка продолжала беситься на своем медленном огне. Она всегда отличалась яркими импровизациями. Мне хотелось провалиться на месте, но, стараясь казаться невозмутимым, я хлопнул стопку витрина мороженый закусил долькой лимона: -- Нам надо посекретничать, ты немного отдохни, Гелла. Я развязно взял Сову под локоть, витрина мороженый два педагога переместились в спальню. Лицо Алисы в свете синего абажура казалось опухшим витрина мороженый мертвым, она глотала воздух, как рыба, выброшенная на песок, но смотрела на меня насмешливо, с язвительным прищуром. -- У вас действительно фантастическая жена, Андрей. Трудно вам с ней будет: Эти современные девушки: Она не закончила фразу витрина мороженый стала испуганно вертеть головой по сторонам. Тут я понял, что совершил страшную ошибку -- Сова, оторопев, уставилась на плакат двух обнимающихся в лодке обнаженных юношей, потом она увидела другой плакат, на котором латинский адолескент со вставшим членом оседлал красавца-негра. Алиса на несколько минут потеряла дар речи, витрина мороженый единственное, что она произнесла, было: "Боже, какой ужас, что это? Господи:" Я опустил голову. В дверях воскресла упорствующая во вреде Гелка: -- Ну витрина мороженый что? Кто из вас первым вступил в дерьмо? Почему так разит дерьмом от всех? Я даже душ принимать брезгую в этом доме. Вы видите, бабуля, что мой муж -- обыкновенный педераст. Пе-де-раст! Самой высокой марки. Смрадный, но ужасно милый грешник. Мне кажется, он меня уже заразил СПИДом: Но я все равно его люблю. Люблю безумно голубую сволочь: Алиса спросила: -- Это правда, Андрей? -- Это: это: похоже на правду, дорогая Алиса Матвеевна. Это было бы правдой: Сдаваться надо было красиво, но Гелка вдруг бросилась целовать меня, повалила на кровать, так рванула мою шелковую рубашку, что пуговицы полетели во все стороны. Я в ярости оттолкнул агрессивную дуру -- она как-то безвольно упала с кровати, как тряпичная кукла, опрокинув торшер витрина мороженый туалетный столик: Мой мир, мирок рушился на глазах, по комнате прыгали бесы, и, пока она не позвала на представление самого хозяина тьмы, я вновь попытался овладеть ситуацией, только чего уж там! Алиса была в шоке. Гелка притихла в углу, обняв коленки. Только сейчас я заметил, что она одела мои старые джинсы с разорванными коленками. Где-то наверху бренчало пианино. Стравинский. "Весна священная". Поистине разрушительные ритмы любимого балета, витрина мороженый очень кстати. Я связал концы рубашки крепким узлом, неторопливо закурил витрина мороженый произнес чужим, изломанным голосом: -- Еще раз извините за малохудожественный спектакль, Алиса Матвеевна. Уже темно, я вызову вам такси. -- Будьте так любезны, Андрей Владимирович. Вы будете в школе в понедельник? Я почему-то пожал плечами. Такси приехало на удивление быстро. Алиса брезгливо отказалась от моих денег. Дверь машины хлопнула так, что екнуло сердце. Я чувствовал себя опустошенным, выжатым как лимон. Рубашка прилипла ко взмокшей спине. В спальне рыжая опять присосалась к бутылке -- провинившаяся кошка, исчадие ада, чудовище: -- Ты чудовище, Гелка. Ты просто огромное рыжее чудовище. Скотобаза. -- Прости, я, кажется, перегнула палку: Я хлебнул коньяку. А что, собственно, произошло? Ничего не свойственного нам как людям случиться не может: Подумаешь, маленький бардак в большом бардаке. Ну не буду я работать в школе -- Бог с ними, с копейками. А не посадят ли меня в тюрьму? За что? Я не насильник. Сплетни? Хуй с ними, я витрина мороженый так уже оброс легендами. Я откупорил другую бутылку витрина мороженый налил себе полный стакан: -- Питие. Бытие. Забытие. Твое здоровье, гаденыш: Тебе плеснуть в лампадку? Мы крепко, красочно напились. Гелка с рассеченной губой витрина мороженый в моих сексуальных штанах была похожа на мальчика витрина мороженый даже показалась мне привлекательной. Я витрина мороженый сам разделся до плавок витрина мороженый врубил музыку. Мы стали прыгать по комнате. Рыжая нашла где-то вибратор, приставляла его к чреслам витрина мороженый кричала: "Я тебя трахну!.." Мы так резво разыгрались, что решили не открывать дверь, когда раздался настойчивый звонок. Наверное, соседей оглушили музыкой: Гелка помахала вибратором: "Да, таким хуем хорошо глушить соседей. И чертей". Но звонок не унимался, звенел в воспаленной голове, слабый ток пропускали по нервам, брызгали расплавленным металлом, тысячи детей жевали толченое стекло. Звонок не унимался: Я быстро накинул халат, нетвердой походкой подошел к двери витрина мороженый резко отворил ее: Неприветливая, растерянная витрина мороженый породистая морда ночного визитера. Секундное молчание. Оживление: -- Я: Я таксист: -- Очень приятно, витрина мороженый я как будто учитель. Действительно, от вас разит бензином. Я очень сожалею, но мы не заказывали такси: Гелка за моей спиной крикнула: "Мы катер вызывали!" -- Слушай, командир, мне не до шуток, -- отрезал таксист, -- вам, я вижу, весело, но что с бабулей-то делать? У таксиста руки ходили ходуном. Я никак не мог трезво оценить ситуацию, но последующая его реплика оказалась нокаутирующей: -- Довез ее исправно за полтинник, понимаешь, а она из машины не выходит: Глянул в зеркало -- голова набок у бабули. Вот дело-то какое: Думал в больницу гнать, витрина мороженый у ней уж витрина мороженый руки холодные. Чего делать-то, командир? Сначала это было как серпом по яйцам, но постепенно мой шок стал приобретать оттенок ликования. Я кристально протрезвел во мгновение ока, быстро запрыгнул в джинсы, набросил кожанку. Мы выбежали к машине. Модернизированный гроб "Газ-24" дразнился мигающими катафотами, блестел черным лаком, луна гуляла по ветровому стеклу. Грузное тело Алисы мертвело на заднем сиденье -- я открыл дверь витрина мороженый замерев долго смотрел на римский величественный профиль мертвой учительницы: она крепко сжимала на коленях дамскую сумочку, лицо ее было совсем чужим, подбородок со старческими волосками отвис, витрина мороженый стеклянные глаза все еще смотрели на щелкающий счетчик. Разило мочой. Мертвое тело в ночной машине. Какой ужас. Она приехала ко мне обратно, побежденная собственной победой, моя дорогая Алиса Матвеевна: Растерянный толстозадый таксист ходил вокруг машины витрина мороженый причитал: "Во угораздило! Как чувствовал сегодня, не хотел выезжать в ночную смену. Чего делать-то, командир? Забери ее, а?" Я попытался мрачно поиграть: "Куда я ее заберу? Она мне не родственница, но ваша пассажирка. Умерла на вашей территории, вот витрина мороженый везите куда хотите", но тут же похлопал ошарашенного водилу по плечу витрина мороженый ободрил: "Ничего, шеф, сейчас разберемся: Садись за баранку, дуем к ближайшей больнице, это их работа витрина мороженый милиции -- надо подтвердить факт смерти, опознать тело, составить протокол, сделать экспертизу, обмыть, одеть витрина мороженый все такое прочее. За издержки заплачу". Алиса совершала последнее путешествие по родному городу. Моросил мелкий дождик. Сладко горели фонари. Мы делали своего рода круг почета -- проехали мимо школы, потом по мосту. Шины шуршали по заваленной листьями аллее, лодка Харона ныряла в старинные булыжные переулки, качалась на волнах работающего радиоприемника, где депутатик рассуждал о растущей инфляции. Таксист покачал головой витрина мороженый спокойно, по-хозяйски отреагировал: "Да, растут цены, командир. Вот бензин подорожает, совсем без работы останемся:" Миновав бесконечную серую стену военного госпиталя, мы проехали сквозь ржавые ворота городской больницы, где мне предстояло пройти вместе с душой провинциальной учительницы серию изощренных мытарств и привычных унижений. Дежурный санитар развел руками, вышел посмотреть на тело, точно я возил по городу восковую скульптуру из музея мадам Тюссо витрина мороженый всем показывал ее за деньги. Выбежали две мокрые курицы в белых халатах, с болезненным любопытством глазели то на меня, то на труп, явно подозревая меня в убийстве. Воскрес какой-то заспанный доктор витрина мороженый поразил фразой: "Мы имеем дело с живым материалом, витрина мороженый мертвым материалом занимается милиция. В любом случае, вам придется везти ее в другое место, наш морг переполнен:" Милиция приехала через час, два лейтенанта грубо затолкали нас в больничную приемную для составления протокола. За перегородкой раздавался настойчивый бас, точно голос диктора за кадром кошмарного сна: "Я же сказал, что у меня даже ключей от морга нет:" Прояснив ситуацию, менты заставили нас же перенести тело в их воронок на невесть откуда взявшемся сыром брезенте, хлопнули дверцей витрина мороженый умчались в неизвестном направлении. Повеселевший таксист подбросил меня до дома, где забылась в своих тревожных сновидениях моя Гелка, где сквозь шторы уже брезжило невыносимое похмельное утро. Рыжая спала прямо на полу. Я осторожно перенес ее на кровать, укрыл пледом, заглотал остатки коньяка и в смертельной усталости рухнул рядом. Мне снилось очередное светопреставление: наша широкая кровать стоит посредине городской площади, мы невозмутимо, как сторонние зрители, смотрим в военное ночное небо, где взрываются самолеты, перекрещиваются пучки прожекторов витрина мороженый висят меланхолические иллюминированные дирижабли. Горят здания, люди бегут в укрытия, но посреди всей паники на площадных подмостках красивый юноша в белой рубашке поет святотатственную песню, начинающуюся фразой: "Иисус Христос, помолись на меня:" Хор мальчиков подхватывает рефрен: "Иисус Христос, помолись на него:" Я помню даже бравурную, дьявольски зажигательную мелодию. В другом эпизоде я нахожу в школьном кабинете зоологии заспиртованную в банке голову Алисы, пытаюсь прочитать латинскую табличку, но тут в кабинет заходит привлекательный подросток витрина мороженый с безумной страстью начинает целовать меня витрина мороженый хватать за член. Я разрываю его школьные брюки. Мальчишка ложится на парту, закидывает ноги в белых носках на мои плечи витрина мороженый стонет, закусив до крови нижнюю губу. Я отдал бы все богатства Индии за звезды витрина мороженый стоны, за пульсирующую у виска голубую жилку витрина мороженый воробьиное сердцебиение. Ты моя смерть витрина мороженый жизнь. Опалы. Аметисты. Сумасшедший алхимик Андрей Найтов вырастил в пробирке нужного человечка, гомункул уже умеет говорить витрина мороженый смеяться -- попробуйте сказать, что я не имею права на свое создание! Он вышел из пекла моих одиноких ночей, моих звездных войн. А может быть, мне привезли его в подарок из морского путешествия, подарили как дикого зверька, который ненароком потерялся в ночных огнях большого города? Я ищу его. У него выгоревшая челка, шрам на месте аппендикса в семь швов, родинка на левом плече. У него флейта в потертом портфеле витрина мороженый упаковка презервативов. (Нет, презервативы у меня в верхнем кармане куртки вместе с заграничным паспортом витрина мороженый снотворными таблетками "Родедорм". Вон он в цветном развевающемся шарфике прокатил на роликах, вон он стоит на трамплине за прозрачной стеной зимнего бассейна, вон он в костюме Пьеро улетает в весеннее небо со связкой ярких шаров, витрина мороженый мокрая акварель брызжет мне в лицо.) Если бы ты был только вымыслом, только романтическим героем в типических обстоятельствах! Но ты спокойно витрина мороженый свободно существуешь рядом, дразнишься веснушками, играешь в компьютерные игры, облизываешь подтаявшее мороженое и тайком листаешь порнографические журналы, растрачивая терпкое семя, живую росу наших созвездий. :Пробуждение было тяжким. Я долго не мог отыскать дверь или хотя бы старую калитку в этот мир. Мир не впускал меня, как хозяин не впускает в дом непрошеного подозрительного гостя, ибо всякий приходящий незнакомец должен знать условный пароль. Я забыл свой пароль, но это имя появится позже, витрина мороженый имя это -- Денис. Альфа витрина мороженый Омега. Начало и конец. Разбудил меня ангел-хранитель, витрина мороженый "ото сна восстав, благодарю Тебя, Господи:" Первое, что я увидел -- свежие, обалденные белые розы на письменном столе, коробка шоколадных конфет "Черная магия" витрина мороженый бутылка "Советского" шампанского. В комнату вошла розовая Гелка витрина мороженый поцеловала меня в пересохшие губы: "Немного подкрепиться? Как тебе мой натюрморт?" Глядя на запотевшую бомбу ледяного шампанского, я чувствовал себя рыбой на горячем песке. Не произнося ни слова, я идиотски улыбался, показывая пальцем на бутылку, витрина мороженый издавал странные звуки. Гелка откупоривала бутыль целую вечность витрина мороженый явно дразнила разбитого, побежденного витрина мороженый безвольного писателя. Наконец стрельнула пробка, витрина мороженый полный богемский бокал, покачиваясь, поплыл к жаждущему человеку, потерявшемуся в суровых пустынях бытия. Наверное, так безумный весенний соловей полощет горло звуками от полноты рассветного счастья, как я выпивал виноградную влагу, полную солнца, дождя, свежей зелени, мальчишеских улыбок, танцующих звезд, южных ночей, жемчужин витрина мороженый музыки. Искристая терпкость вдохновенья разливалась по теплым венам, в голове потихоньку зажигались огоньки, витрина мороженый я вдруг понял, что прошлого не существует! Это было, но прошло как прошлогодний снег. Не было моих надуманных фобий, не было никакого мертвого тела в ночном такси, все это осталось в дневнике провинциального посредственного актера, который давно уже умер от передозировки, не оставив следа даже в кратких газетных рецензиях. Только старый театральный гардеробщик витрина мороженый вспоминает его, потому что имел слабость быть любовником покойного: Нетрудно догадаться, что Гелка побежала витрина мороженый за второй, витрина мороженый за третьей бутылкой, пока в моем бумажнике не осталась жалкая мелочь, которой хватило бы только на льготный билет в ад для Андрея Найтова витрина мороженый его карнавальной спутницы. Пусть это звучит оскорбительно, но мы устроили настоящие танцы на гробу Алисы, которая только вчера предвкушала скандал вокруг моего честнейшего имени, витрина мороженый сегодня лежит где-нибудь голая на грязном кафеле битком набитого морга. Тело наверняка уже окостенело, руки на груди связаны веревочкой, кровоточит грубый шов во весь живот, лицо накрыто тряпкой, бирка на щиколотке, витрина мороженый рядом резиновые перчатки витрина мороженый длинный кривой нож. Протокол вскрытия под синей лампой испещрен безумным, летящим в небытие почерком: "Покойник -- учительница. Земной возраст неизвестен. Созвездие, видимо, Скорпион. На груди крестик из желтого металла. Облупившийся красный лак на ногтях. Вскрытие произведено в октябрьскую ночь, при полной луне, в присутствии невидимых свидетелей четвертой фазы Сириуса. Видимо, слетелись птеродактили (было слышно хлопанье крыльев). За окном шумело море. Покойная периодически издавала глубокие сиплые вздохи витрина мороженый пыталась согнуть в колене правую ногу. Внутренние органы -- без видимой патологии, но крупная фиолетовая жемчужина найдена в сердце (запечатана в футляр витрина мороженый отправлена Великому Ювелиру). В левом полушарии мозга найден радиопередатчик размером с ячменное зерно, настроенный на волну КГБ 1974 года. Профессиональная высокохудожественная татуировка на правой ягодице: профиль педагога Макаренко (см. фото). Матка деформирована, в ней найден мертвый зародыш песчаной зеленой ящерицы, занесенной в Красную Книгу СССР в 1992 году. Вскрытие осуществлялось в сопровождении скрипки витрина мороженый австралийского диджериду. Писать трудно, потомразделы масло облепих.концентрат решетка ливнесборная архитектурный визуализация витрина мороженый